— Спасибо. Комната очень красивая. Как и ты.

Издав радостный возглас, Нина поцеловала дочь в щеку.

— Ложись спать. Я приду пожелать тебе спокойной ночи.

Она стремительно вышла из комнаты, Драйтон безмолвно последовала за хозяйкой, и Аликс осталась одна посреди шикарной комнаты.

Девушке предстояло обдумать произошедшие с ней перемены, но было уже поздно, и усталость давала о себе знать, поэтому Аликс, отложив все вопросы на завтра, решила последовать совету матери.

Она поспешно разделась, и только привитая бабушкой с ранних лет дисциплина не позволила ей скомкать и бросить одежду прямо на пол, Аликс бережно сложила ее на диване.

Никогда еще девушка не испытывала такого жара волнения. Даже освежающая ванна не принесла прохлады и успокоения. Часы, проведенные в постоянном ожидании, волнении и разочаровании, дали о себе знать.

Когда она вернулась в спальню, на кровати ее ждал сюрприз — изумительная ночная рубашка из блестящего голубого шелка с кружевными полупрозрачными рукавами и ручной вышивкой вокруг круглого выреза. Никогда еще Аликс не надевала подобной красоты. Бабушка назвала бы такую одежду вызывающей и непрактичной, и, вероятнее всего, была бы права, но девушка не задумываясь переоделась и юркнула под одеяло.

Аликс твердо решила не спать, а дожидаться матери. Но когда Нина наконец появилась в комнате, дочка уже дремала. Она с трудом приоткрыла глаза и в изумлении уставилась на прекрасную молодую женщину, стоящую подле кровати в белоснежно воздушном одеянии, казавшуюся воплощением юности и невинности. Откуда Аликс было знать, что это одеяние изготовил гениальный кутюрье специально для Варони, чтобы передать атмосферу невинности в последнем акте «Отелло». Нина была настолько очарована, что велела изготовить еще один экземпляр восхитившего ее наряда.