Я вздохнула с облегчением.

— О'кей!

Я тоже стала говорить «О'кей». Но произносила на свой манер, не гнусавя, что всякий раз вызывало улыбку у Тельмы и Джесса.

— Будет мое начальство, коллеги… Англичане, бельгийцы, американцы, французы… Мне хотелось бы все хорошо организовать. Вы думаете, что… справитесь?

— Да, месье…

— Раньше я заказывал все в отеле Бенуа; они готовили и присылали официанта в помощь… Но мы с женой находим, что вы такая отличная кулинарка!

— Я справлюсь одна, месье. Пусть мадам мне только объяснит…

— О'кей. Иного я и не ожидал от вас, Луиза. Впрочем, я сам буду дома и смогу помочь вам.

Так вдруг тяжелый труд стал для меня развлечением, особенно в начальной, подготовительной фазе.

Знаете, когда в вас полыхает священный огонь, вы способны на чудо. Я не утверждаю, что сотворила его в то воскресенье, но вряд ли иной прислуге удалось бы совершить подобный подвиг.

В субботу после обеда мы втроем отправились в Париж за покупками. Я сидела на заднем сиденье автомобиля и казалась себе богатой наследницей, которую собственный шофер везет на прием. Джесс оставил машину в американском паркинге на улице Марбеф, и такси довезло нас до квартала универмагов. Прежде чем запасти еду, следовало подумать об утвари. Я накупила тарелок из золотого картона, тонких бумажных кружевных скатертей и салфеток. Мы производили необычное впечатление. Руленды беспрекословно мне подчинялись, как если бы они были у меня на побегушках, а не хозяевами. Через две недели были Рождественские праздники, и я предложила купить блестящие образки, чтобы развесить их в гостиной. Я также убедила их сделать вечеринку более привлекательной, при свечах, и они тотчас ухватились за это; мы накупили свечей всевозможных форм и расцветок и пластмассовых подсвечников.

Затем мы отправились в район центрального рынка, чтобы запастись цыплятами, говядиной, сырами, креветками и фруктами. Выбирали самые лучшие продукты. Могу вам признаться: ничто не может быть лучше денег. У нас дома, когда в порядке исключения случалось готовить цыпленка, мама брала всегда самого дешевого. В нем было больше костей, чем мяса, а пупырчатая голубоватая кожа всегда усеяна остатками перьев.