Он вернулся на кухню и сварил кофе. Спал он мало, всю жизнь посвящая работе, которая одна поддерживала его на плаву и давала силы после гибели Изадоры.

Он улыбнулся, воссоздав в памяти образ жены: ее утонченную красоту, светлые волосы, теплые огоньки в живых голубых глазах. Норин казалась лишь неудачной копией с божественного оригинала: тусклая блондинка с серыми глазами, ничего особенного. А Изадора была красавицей, тонкой и элегантной. И происходила из очень богатой семьи. Теперь все имущество достанется Норин - единственной наследнице Кенсингтонов. Но ей и деньги-то ни к чему: никаких нарядов, даже в свободное время, маленькая квартирка на окраине города - в общем, жизнь от зарплаты до зарплаты. Норин никогда и ничего не просила у родственников. Интересно, что бы они ответили, если бы она обратилась к ним с просьбой, подумал Рамон и удивился, что задает себе такие вопросы.

Шесть лет назад он вошел в семью Кенсингтонов и познакомился с двумя сестрами: веселой, общительной и всегда находившейся в центре внимания Изадорой и гадким утенком Норин. Та была загадкой: никогда не появлялась на людях, как мышка в норке, сидела за учебниками, стремилась получить диплом и подчинила всю жизнь одной этой цели.

Рамон нахмурился. Черт возьми, как женщина, до такой степени увлеченная медициной, могла быть столь беспечной по отношению к своей сестре?! Норин всегда так внимательно следила за пациентами, интересовалась даже тем, что выходило за рамки ее непосредственных обязанностей.

Может, она просто ревновала Изадору?

Но Рамон прогнал от себя эту мысль: ему не хотелось весь вечер посвящать Норин.

***

В следующее воскресенье, в свой выходной, он отправился в гости к Кенсингтонам. Холу, отцу Изадоры, он приготовил в подарок золотые часы.