«Расскажу все как на духу», — подумала Кармона.

— В день свадьбы он просто не пришел в церковь.

— Ой, какой ужас!

— Да.

— И ты ждала его в церкви?

— Да.

Кармона пожалела, что поддержала этот разговор. Воспоминания оказались ярче и намного болезненнее, нежели она ожидала. В ее сознании всплыла темная, холодная церковь с запахом одиночества и пустоты. Пустоты… Если бы так! У этого позора были свидетели: Том, Мейзи и Эстер… добрейшая Эстер. Все ждали Элана, а он… он просто не пришел. А еще были священник и его помощник: два седых старика, которым было все равно, потому как время их желаний и страданий давно прошло, и они о нем забыли. Кармона смотрела на Пеппи, но не видела ее.

Вокруг не было ничего, кроме пустой церкви.

— Дорогая, как это ужасно! Но что, черт возьми, заставило его так поступить? Если он хотел порвать с тобой, почему он не сделал этого достойно? Трудно представить себе, чтобы Элан — подумать только! — струсил в последний момент перед решительным шагом. Я все-таки думаю, Кармона, что он написал тебе письмо, а оно, наверное, пропало, или с ним самим что-то случилось.

Кармона отрицательно покачала головой.

— Я не верю. Что-то произошло, — не унималась Пеппи.

— Придется поверить, — еле слышно сказала Кармона. — Элан появился. На следующий день он прислал письмо, где сообщил, что не готов к семейной жизни. Он решил заняться коневодством, и с этой целью уезжает в Америку, на ранчо к своему приятелю.

— Вот как! — после некоторой паузы выпалила Пеппи. — Ну, знаешь, дорогая, благодари Бога, что легко от него отделалась. Ну какой из Элана муж? Он — хорошая компания, но разве может он нести на своих плечах неприятные домашние обязанности? Налоги, починка кранов, пауки в ванной — это все не для него. Я уж не говорю о том, что муж должен оплачивать счета. — Пеппи весело засмеялась. — Элан — муж? Это несерьезно.

Кармона хорошо понимала, о чем говорит Пеппи. Элан не мог быть опорой, в нем было слишком много эгоизма.