— У меня больше нет ничего твоего! — сказал он.

Я застыла в изумлении. Хочет ли он, чтобы я вернула ему сережку? Но зачем? Чтобы думать обо мне, когда меня не будет рядом? Или он собирается оставить меня, но не забывать обо мне?

Он подошел ко мне, поцеловал мои закрытые глаза и обнял меня так, словно отправлялся на войну — подводником или пилотом бомбардировщика; словно уже не надеялся увидеть меня снова.

Я спросила:

— Почему ты такой?

Он встряхнул головой, жесткие волосы рассыпались, как в рекламе «л'Ореаль»; ему шел этот жест. Затем он увлек меня к выходу, не разжимая объятий.

Он явно собирался уходить. Он пришел для того, чтобы уйти. Ему нравилось уходить.

Он думает, что любовь гибельна для существования, и лишь мужчины, которые уходят, могут избежать этого проклятья.

Он оказался недостойным той мечты, которую пробудил. Я окликнула его:

— Ты мне позвонишь?

Кивок головой сверху вниз.

— Когда?

— Завтра.

Я задавала ненужные вопросы. Я превратилась в учебник «Как не надо поступать».

Но как оставаться молчаливой рядом с мужчиной, который почти не разговаривает?

А если бы я не задавала ему никаких вопросов, его поведение изменилось бы? Пришел бы он, если бы я его об этом не просила?

Невозможно оценить заранее эффект того или иного произнесенного слова и его способность причинять вред.

9

E-mail Клементины Идиллии

Я ищу мужчину, который предпочел бы меня чтению, охоте, финансам, бриджу, гольфу, приятелям, телевизору, газетам.

E-mail Идиллии Клементине

Таких не существует. Мой был бы совершенством, если бы не отключился от всего.

Я пытаюсь его включить.