- Да, звучит довольно мило, - пробормотала она. - Лучшего названия, пожалуй, и не придумаешь.

- Значит, решено, - произнес он с наигранной радостью. - Отныне это место называется "Уголок любви".

Лошади бежали резво. Погода, несмотря на усиливающуюся жару и влажность, была прекрасной. А некоторая скованность в отношениях Хью и Микаэлы с избытком компенсировалась приподнятым настроением Лнзетт, которой не терпелось взглянуть на новый дом. Когда за поворотом показалось белое воздушное здание, она не сдержала восхищенного возгласа.

- О! Великолепно! Даже не знаю, можно ли представить что-то лучшее для тебя! - защебетала она на ухо дочери. - Говорите, что здесь даже озеро имеется? Вне всяких сомнений, лето мы проведем отлично, правда, малышка!

- О, oui! - ответила Микаэла, сумев придать своему голосу почти столь же радостное выражение. - Нам здесь будет чем заняться и на что посмотреть, мама.

Хью грустно улыбнулся, ощутив, вдруг нечто похожее на зависть. Наслаждаться с молодой женой красотами этого очаровательного уголка должен был бы в первую очередь не кто иной, как он. Однако, судя по всему, ей его компания вряд ли могла доставить удовольствие. Это неприятное ощущение не оставляло его все то время, которое они провели в доме. Наблюдать за тем, как мило Микаэла болтает с Лизетт, совершенно не замечая его, было невыносимо. Хью позавтракал с женщинами на просторной террасе. Но как только был выпит кофе, он поднялся из-за стола и пристально посмотрел на жену.

- Пожалуй, я поеду обратно, - заявил он. - Нет никакого смысла оставаться здесь далее.

Лицо Микаэлы дрогнуло, но тут же приняло отстранение невозмутимый вид. Чего ей это стоило, знала лишь она сама. Каждое слово мужа отзывалось в сердце мучительной болью, - Да, конечно. У тебя же дела в городе, - ответила она с какой-то странной улыбкой. - Как мы можем тебя задерживать?

- Ты проводишь меня до кареты? - спросил Хью, чувствуя, что ему вдруг стало трудно говорить. - Вы не возражаете, если я на несколько минут отвлеку внимание вашей дочери, мадам? - уже спокойнее обратился он к Лизетт, удивленно наблюдавшей за ними.