Джоанна с трудом сглотнула и сказала:

— Я никогда раньше об этом не думала.

— Да и я тоже, это так, к слову.

Она чувствовала, как проникается к нему все большей симпатией. От мелодичных интонаций его голоса вибрировали не только ее барабанные перепонки, но и сердце, много лет прожившее в одиночестве.

— Так как насчет аренды? — проговорила Джоанна, призвав на помощь здравый смысл и силу воли.

— Я бы хотел остаться. Если вы не возражаете.

Конечно, теоретически она возражала, ибо этот мужчина, который вроде бы не способен найти одинаковую пару носков и который платит по счетам наличными, явно нес угрозу ее удобной рутинной жизни. Но практически… Ей так нужны деньги — следовательно, изменить судьбу, которая неслась на нее, как лавина с высокой горы, она не в силах. Джоанна только надеялась, что выйдет из этой истории без серьезных ушибов. Или без разбитого сердца.

— Это помещение под офис из двух оставшихся — самое меньшее, тут пятьсот квадратных метров, — объясняла Джоанна вновь прибывшему посетителю, в будущем возможному арендатору. Прошло два дня после их разговора с Крисом Славиком, и за это время никто не обратился к ней по поводу аренды. Она уже не находила себе места, поскольку не могла позволить, чтобы офисы оставались пустыми. В особенности когда есть счета, по которым надо платить. И крыша, которую надо заменить. — Обратите внимание: все здесь очень удобно спланировано. В дальнем конце есть место для склада и комната для отдыха.

Мужчина лет сорока нервно оглядывал помещение. Вид у него был такой, будто он принимал самое важное в своей жизни решение. Пряди жидких волос на голове мужчины никак уже не могли скрыть растущие залысины. А его двубортный коричневый костюм, под цвет выпуклых глаз, выглядел так, будто был куплен в прошлом столетии.