Мотивировка Джея состояла в том, что необходимо облегчить потребителю основанный на исчерпывающей информации самостоятельный выбор, когда речь идет о его здоровье, а не заставлять полагаться целиком на советы врачей. Это позволило значительно пополнить казну Бэбкоков, и Ной изо всех сил старался уговорить Джея занять высший пост в компании, но, в конце концов, он все же достался Колби.

Софи освободилась от объятий свекрови и, ободряюще улыбнувшись, сжала ее руку, которой та все еще крепко держала ее под локоть.

— Уоллис, вы умеете хранить секреты? У меня по дороге сломался джип, и пришлось оставшийся путь проделать пешком. Страшно пересохло в горле. Можно мне что-нибудь выпить? Что угодно...

— О, ну разумеется, дорогая. Я скажу Милдред, чтобы она принесла тебе шампанского. Пойдет?

— Может, лучше воды? — Организм Софи был слишком сильно обезвожен, чтобы пить шампанское, к тому же у нее и без того кружилась голова. Уоллис заторопилась дать распоряжение Милдред, которая служила у Бэбкоков с незапамятных времен и была столь же преданна, сколь и незаменима. Не успела Софи еще раз стряхнуть пыль с босоножек, как домоправительница появилась, неся бокал, до краев наполненный водой со льдом, на поверхности которой красовался ломтик лимона, вырезанный в виде бабочки.

Очень элегантно, подумала Софи, поблагодарив домоправительницу. Здесь все очень элегантно. Зал был в изобилии украшен свежесрезанными цветами и, залитый естественным светом, представлял собой идеальную галерею для семейной коллекции картин, большинство из которых было написано самой Уоллис — маслом и акварелью. Много лет она писала бесконечные портреты членов семьи и пейзажи родового поместья, но, к сожалению, оставила занятия живописью после того, как Ноя поразила болезнь Альцгеймера и она потеряла обоих сыновей. Потягивая воду с хрустящими чешуйками освежающего льда, Софи поискала более укромное местечко — хотелось получше рассмотреть Джея, прежде чем он увидит ее. Ей было необходимо это психологическое преимущество.