Амели принадлежит к тому типу людей, кто мужественно и с улыбкой встречает несправедливые и порой жестокие сюрпризы, подбрасываемые нам жизнью. В моем характере такая невозмутимая несгибаемость представлена лишь в зачаточной стадии. Я отнюдь не скромница-фиалка, но я так и не научилась грудью встречать жизненные трудности. Когда на моем пути возникают какие-либо проблемы или даже просто неудобства, я стараюсь не обращать на них внимания. Я знаю, что это показатель моей незрелости. Я заполняю свою жизнь беспокойством о каких-то несущественных вещах — вовсе не о тех, о каких следовало бы беспокоиться. Я убегаю, уклоняюсь и прячусь от суровой действительности. В свое время я просто ненавидела вручать начальству заявление об уходе, как бы часто я это ни проделывала. В большинстве случаев я прибегала к самому безболезненному способу — уходя с работы в пятницу вечером, я посылала электронное письмо, и ни меня, ни моего дырокола там больше никто не видел. Я также выставляла себя тряпкой в тех случаях, когда нужно было дать от ворот поворот очередному дружку. Мне легче было не отвечать на звонки, не приходить на свидания и оставлять на лестничной площадке букеты цветов, чем просто сказать кому-нибудь, что он мне больше не нравится и я не хочу его видеть.

Если сравнить Амели с совой, то я тогда страус, а моя подруга Лаура — лебедь. Сама она вам скажет, что она утка, потому что у нее заниженная самооценка. Но она лебедь.

Амели моя лучшая подруга, но я удивилась, когда она всего через несколько месяцев после гибели Бена пришла на мою свадьбу. Весь день всякий раз, когда я встречалась с ней глазами, меня пронзало чувство вины. Мне казалось, что это легкомысленно с моей стороны — быть красивой и счастливой в присутствии Амели, которая под прикрытием широкополой красной шляпы была серой от горя.