Джемима, смуглое, похожее на эльфа создание, с пером из собственного боа, дразняще зажатым в алых губах, вела себя просто возмутительно, даже для человека из окружения Орландо.

Сначала она улыбалась Нику, а теперь направилась прямиком к нему и попыталась на нем повиснуть. Абигейл, забавляясь, наблюдала, как он вежливо удерживал даму на расстоянии вытянутой руки. Жест казался красноречивее всяких слов! Даже Джемима должна была сообразить, что ею не интересуются. Но нет! — вызывающе закрыв пол-лица черными волосами, Джемима подняла на Ника огромные темные глаза, затуманенные алкоголем.

— Вы любовник Абигейл? — произнесла она.

Абигейл затаила дыхание, ожидая его реакции. В жизни Ника Харрингтона было много женщин. Он мировой парень и, естественно, далеко не ханжа.

Ничто не могло нарушить его невозмутимость. Но сейчас и он, пожалуй, выглядел потрясенным. Потрясенным и оскорбленным. Абигейл даже удивилась.

— Прошу прощенья? — произнес он ледяным тоном.

Джемима явно оказалась толстокожей.

— Я просто с-спрашиваю, — пробормотала она. У вас получилось? С Абигейл?

Внезапно в гостиной воцарилась тишина. Любопытные пьяные лица, все как одно, с жадным интересом повернулись к высокому человеку в элегантном темном костюме.

Ничто не исказило, не замутило потрясающе красивые черты, однако его лицо стало просто ужасным — именно из-за отсутствия всякого выражения.

Абигейл подумала, что это то же самое, что смотреть на холодную сверкающую маску, изображающую человеческое лицо.

— Абигейл сегодня похоронила мужа, — сообщил Ник Джемиме с вежливым презрением. — И даже если вы не имеете понятия о приличиях, то по крайней мере хоть к ней могли бы проявить какое-то уважение. — Абигейл увидела, как сильные руки сжались в кулаки. — Может быть, вы хотели бы извиниться перед ней, прежде чем уйти? — жестко предложил он.