
Когда позже, уже вечером, Найна прошла в застекленный салон, служивший также кинозалом, с намерением посмотреть фильм, она заметила, что вездесущий мистер Хардвик опередил ее. Он не смотрел ни на один из небольших экранов, установленных в обоих концах вагона, а просто сидел в коричневом кожаном кресле, развалясь и положив ногу на узкий выступ, который тянулся под огромными, до самой крыши вагона окнами. Он казался совершенно поглощенным созерцанием темноты, окутавшей заснеженные горы.
У Найны скривилось лицо. У ближайшего экрана все места были заняты. А это означало, что ей придется пройти мимо этого субъекта, чтобы попасть в другой конец вагона. Она приостановилась, потом расправила плечи и шагнула вперед. Он не смотрел на нее. Но, что бы там ни случилось, она не станет робеть перед неотесанным и заносчивым псевдомагнатом, сравнившим ее лицо с лимоном и без всяких оснований назвавшим ее «избалованной».
Когда она оказалась у него за спиной, он не шелохнулся. Но стоило ей подумать, что она благополучно прошла мимо него, как он вдруг схватил ее за запястье.
– Не уходите, – сказал он. – Мне хочется с вами поговорить.
Найна вырвалась от него. Ее раздражало то, что его прикосновение заставило ее задрожать.
– Мне не о чем разговаривать с вами, – огрызнулась она и хотела шагнуть дальше по проходу.
Он похлопал рукой по соседнему свободному креслу:
– Садитесь.
– Я же сказала, мне не о чем разговаривать с вами.
– Я это слышал. Все равно я хочу, чтобы вы сели.
– Я пришла смотреть фильм.
– Не сомневаюсь. Но если не поленитесь оглянуться вокруг, то заметите, что все хорошие места уже заняты. А вот это свободно. – Он снова похлопал по свободному креслу.
– Отсюда мне будет не видно.
– Знаю. – Он улыбнулся, медленно растягивая и изгибая губы. От этой улыбки у нее в животе что-то перевернулось. – Поэтому вам придется удовлетвориться мной. – Найна напряглась, а он как ни в чем не бывало продолжал: – И не смотрите так, будто я вам сделал грубое предложение. Я не имею привычки заниматься сексом на людях, сидя в казенных креслах.
