Миссис Уиттейкер перевела взгляд с внука на дочь.

— Конечно, я знаю, что ты можешь сама позаботиться о себе. Но что плохого в том, что мы поблагодарили Коннора? Тем более что тебе грозит реальная опасность. — Она секунду помолчала. Кстати, я надеюсь, ты не забыла хорошие манеры, которым я учила тебя в детстве, и сама уже сказала ему спасибо?

Эллисон постаралась не замечать легких уколов совести. Эйва Уиттейкер всегда умела повернуть любую ситуацию в нужное русло.

— Но вы все бросились наперебой благодарить Коннора, как будто я — худший клиент в его жизни.

Мать недоуменно приподняла брови и улыбнулась.

— Элли, ты прекрасно знаешь, что мы не имели в виду ничего подобного. Братья просто поддразнивали тебя. Раньше ты всегда одерживала над ними верх в такой игре. К тому же не забывай, с какими неудобствами это связано для Коннора.

Эллисон выпрямилась в кресле, изображая напряженную работу мысли, потом щелкнула пальцами.

— Ну конечно! Сегодня утром ему пришлось мерить шагами прихожую, ожидая меня.

Элизабет фыркнула, а Эллисон добавила:

— Ты же знаешь, я просто обожаю понежиться под горячим душем.

Миссис Уиттейкер попыталась изобразить на лице серьезную обеспокоенность, но не смогла.

Девушка посмотрела на Лиз и снова перевела взгляд на мать.

— Неужели никому в этом доме не приходит в голову, что я вынуждена жить с мужчиной!

Она сделала вид, что сама в ужасе от собственных слов, и прикрыла рот ладонью.

— Я хочу сказать, будь это кто-то другой, а не Коннор, вы вряд ли бы чувствовали себя спокойно и, уверена, Мэтт с Ноем не стали бы желать ему удачи.