Увы, девушке никак не удавалось раскусить этого человека. Верит ли он ей или просто смеется над ней, скрывая смех под маской серьезности? Что выражает его холодный взгляд? Вздохнув, Памела продолжала:

— Говорят, что конь поскользнулся и расшибся о нижнюю рельсу ограды, но не упал.

— А вы в это не верите?

— Этот конь, — негромко проговорила она, — боялся воды. Отказывался переходить даже узенькую речушку, протекающую вдоль северной границы нашего ранчо. Только к поилке и подходил. Он ни за что не приблизился бы к тому пруду.

— А они этому не верят?

Девушка пожала плечами.

— Они же из страховой компании, а не лошадники.

— Ну да, этим все сказано.

В голосе Дейка не было и намека на смех, но Памела чувствовала, что вот-вот взорвется.

— Послушайте, я пришла к вам за помощью. Мне надо, чтобы кто-нибудь отправился на ранчо и разобрался, что же там происходит. Вы же этим занимаетесь, не так ли?

Дальтон откинулся на спинку кресла. Выражение его лица не изменилось, но Памеле показалось, будто глаза Дейка потемнели.

— Нет.

Она растерянно заморгала.

— То есть как?

— Я этим не занимаюсь.

Памела непроизвольно огляделась по сторонам. Недаром, видно, ей показалось, что этот человек тут не на месте.

— Да, мисс Малкольм. Я занимаюсь лишь расследованиями, о чем вы могли прочитать на вывеске на двери, но не оперативной работой. Ни о каких выездах не может быть и речи.

Его тон не оставлял места возражениям. Теперь помощи от него ждать не приходилось, подумала Памела.

— Я очень сожалею, — стоял на своем Дейк, — но Венди, должно быть, ошиблась. Ей не следовало направлять вас ко мне.

— Она и не… — Памела с трудом удержалась, чтобы не признаться, что сама попросила направить ее именно к нему. Она почему-то не доверяла этому чересчур смазливому мужчине, будь он хоть десять раз другом Рэнсома. А если они и впрямь друзья — тем более: кто знает, удастся ли ей отступить с достоинством, если она упомянет имя дяди?