Король был глубоко убежден, что Сиам не может оставаться в зависимости от западных держав, а одним из путей к освобождению считал продвижение по пути прогресса.

В то же время короля очень беспокоило то, что Великобритания полностью контролировала Бирму, а Франция усиливала свое влияние в Индокитае.

В прошлом году произошел неприятный инцидент, когда французские канонерки вошли в реку Чао-Прая, намереваясь продвигаться дальше к Бангкоку, и обстреляли тайские форты.

С обеих сторон имелись потери. Однако в настоящее время враждебность как будто утихла.

— Итак, я хотел бы, — продолжал министр иностранных дел, — чтобы вы заверили короля в неизменной дружественности Великобритании. По моему мнению, Вивьен, никто не справится с этой задачей лучше, чем вы.

— Вы мне льстите, — заметил маркиз, — и я уверен, что делаете это для того, чтобы добиться своего. — Он вздохнул. — Хорошо, я поеду, но только в подходящей компании.

— Я понимаю это так, — улыбнулся лорд Розбери. — Поездка зависит от того, примет ли приглашение ваша нынешняя пассия. — И после паузы добавил: — Я уже давно знаю вас, Вивьен, и что-то не припомню, чтобы хоть раз женщина вам отказала.

— Когда-нибудь это случится в первый раз.

— Уверен, что не теперь. — Лорд Розбери поднялся со своего места. — Сейчас я должен идти — у меня совещание. Может быть, вы составите мне компанию во время завтрашнего ленча? Я мог бы поподробнее ознакомить вас с ситуацией в Сиаме и снабдить письмами к королю, а также к капитану Генри Майклу Джонсу, кавалеру «Креста Виктории», нашему министру и генеральному консулу в Бангкоке.

— Меня не покидает неприятное ощущение, что вы оказали на меня давление, — пожаловался маркиз. — Если моя миссия не удастся, клянусь вам, Арчибальд, что больше никогда не соглашусь выполнять ваши просьбы. За то время, что вы являетесь министром иностранных дел, я и так изрядно помотался по свету, причем каждый раз вы посылаете меня в те края, куда по собственной воле я никогда бы не поехал.