Ее рука вдруг повисла, и она вся обмякла на постели. Медленно, неохотно Блейк устремил взгляд в направлении написанного маслом портрета отца над каминной полкой. Холодная дрожь начала бить где-то глубоко в позвоночнике и распространялась по всему телу до тех пор, пока ему не стало казаться, что весь он стал высеченным изо льда. Сколько же людей обсуждали полное отсутствие их сходства?

Силы, казалось, полностью покинули его. Разум словно оцепенел. Блейк сидел возле постели матери совершенно неподвижно, словно его проткнули копьем.

Он ласково погладил ее горячий лоб:

— Мама. Лекарства, которые тебе прописали, — сильнейшие успокоительные…

— Я уже несколько дней не принимаю их, — перебила его Кей. — Я говорю правду, клянусь здоровьем своего внука, — выкрикнула она в отчаянии.

Блейк сделал глубокий вдох, наполняя воздухом съежившиеся легкие. Его кулаки непроизвольно сжались. Абсурд — не так ли? Всю жизнь родители, гувернантки, тренеры по фехтованию, инструкторы по верховой езде и управляющие готовили его к будущему в качестве наследника Беллами.

Ему было двадцать, когда его пожилой отец, Дарси, умер. С того дня он оказался в положении человека, облеченного властью. На него вдруг обрушилась ответственность за решения, которые влияли на жизни многих людей. Мало-помалу он постигал свои обязанности, вникая в них с особой тщательностью. И уже через восемь лет почувствовал себя абсолютно уверенно в этой роли. Роли, которая будет принадлежать ему до тех пор, пока он не умрет и его место не займет сын.

Уверенно… да. Однако надо признать, иногда под гнетом долга он испытывал какое-то смутное беспокойство и растущее негодование. Порой ему страстно хотелось быть свободным…

Неужели он унаследовал эту неугомонность от своего настоящего отца? От этой мысли волосы на затылке встали дыбом. Верные традициям и условностям, флегматичные мужчины рода Беллами, как известно, всегда были вполне довольны своим богатством и привилегиями. Возможно, в нем действительно нет ни капли их крови!