Девушка откинулась на сиденье, глубоко вздохнула и закрыла глаза, но ее по-прежнему трясло, пока она пыталась обрести равновесие. Ей не прожить и суток, если она каким-то образом не справится с собой и смертью Хэла. Немного собравшись, Джил посмотрела на Лорен. За те полчаса, что прошли с момента отъезда из аэропорта, сестра Хэла не проронила ни слова. Она сидела, повернувшись к Джил спиной, с напряженно застывшими плечами, и смотрела в окно. Лорен не сняла темных очков, но ведь этого не сделала и Джил. Девушка мрачно подумала, что они похожи на двух враждебных зомби.

Это вместо доброты. Они могли бы утешить друг друга. В конце концов, они обе любили Хэла, но Джил не находила в себе сил, чтобы сделать первый шаг. Кроме того, она слишком хорошо сознавала, какую роль сыграла в его смерти. Слезы обожгли ей глаза. Похороны завтра. На следующий вечер у нее заказан обратный билет на самолет, Джил нестерпима была мысль оставить Хэла здесь, ведь их будет разделять целый океан! Но, с другой стороны, если все Шелдоны такие же участливые, как Лорен, то это и к лучшему.

Джил открыла сумку, огромную, купленную за пятнадцать долларов у уличного торговца имитацию известной фирмы, покопалась в ней и нашла салфетку "Клинекс". Промокнула глаза. Лорен ненавидит ее. В этом Джил была уверена. Она прямо-таки чувствовала, как от этой женщины исходит ненависть.

И Джил не винила ее.

Сунув салфетку в сумку, она подняла глаза и обнаружила, что Лорен смотрит на нее, в первый раз прямо в лицо.

Ни о чем не успев подумать, Джил порывисто сказала:

- Мне жаль.

- Нам всем жаль, - отозвалась Лорен.