- Норт, ты...

- Что, Кэролайн?

Она не успела ответить, потому что горячее тело придавило ее к кровати, а нетерпеливые руки уже развязывали бант под грудью, стаскивали через голову сорочку.

- Ну вот, - вздохнул Норт, швыряя сорочку на пол поверх халата. - Ах, Кэролайн, - пробормотал он, снова осыпая ее поцелуями.

Он здесь, в ее объятиях, рядом, и все происходит так быстро! Жар его тела, гладкость кожи, упругость мускулов, жесткость курчавых волос на груди и ногах завораживали ее, лишая разума. Кэролайн, смущенная, охваченная чувствами, которые даже не старалась понять, впитывала странные новые ощущения, кружившие голову. Их тела так отличались друг от друга, что она просто перестала воспринимать окружающее. Одно ощущение сменяло другое с ошеломляющей быстротой, и Кэролайн сумела лишь выдохнуть, почти не отрывая губ от его рта:

- Норт, как, по-твоему, смог бы ты лечь на спину и не дотрагиваться до меня?

Просьба оказалась настолько неожиданной, что когда наконец дошла до Норта, отрезвляя от лихорадочно-жгучего желания, он, приподнявшись на руках, пристально уставился на Кэролайн и кивнул:

- Хорошо.

Он перекатился на спину, спокойно скрестил руки на груди и закрыл глаза:

- Именно это ты имела в виду? Хочешь, чтобы я для пущего эффекта взял в руки белую лилию?

- О нет, пожалуйста, вытяни руки по бокам. Норт молча повиновался, наблюдая, как жена присаживается рядом на корточки. Каштановые волосы разметались по плечам, прихотливыми завитками украшая груди.

- Мне кажется, прекраснее женщины на этой земле просто не рождалось, вздохнул он, поднимая руку, чтобы дотронуться до ее груди, но Кэролайн покачала головой: