Стефани на миг задумалась.

— Я вызову такси, — нашлась она.

— Может, все же останешься? — спросил Дирк, пристально всматриваясь в ее глаза, будто пытаясь определить по их выражению, насколько сильна боль. — Полежишь немного, потом присоединишься к нам, а?

— Нет, Дирк, не могу. — Стефани со страдальческим видом покачала головой. — Поеду домой, выпью травяного чая и постараюсь уснуть.

— А… — протянул Мэтью, внезапно озадачиваясь, — а как же дети? У них вечеринка… Кристиан надеется, что мы раньше полуночи не появимся…

Стефани опустила веки и приложила к глазам руку.

— Я им не помешаю, — безжизненно произнесла она. — Приеду, скажу, что мне нездоровится, сразу же поднимусь к себе и больше никому не покажусь на глаза.

В душе Мэтью шевельнулась тень сомнения. Он представил себе, как Стефани нарисуется перед Кристианом, который, само собой, отдыхает сейчас с подружкой и, может, даже целуется с ней, когда с губ жены слетел шумный вздох. Недобрые мысли мгновенно выскочили из головы Мэтью.

— Что, очень больно? — заботливо вглядываясь в ее несчастное лицо, спросил он. — Я поеду с тобой, не отпущу тебя одну, слышишь?

— Нет, милый, прошу… — Стефани, сильно хмурясь, прикоснулась пальцами к груди мужа. — Ничего страшного со мной не случится. Как только доберусь до дому, сразу тебе позвоню.

Мэтью упрямо смотрел на нее, не желая уступать.

— Мэт, дорогой, — с мольбой в голосе произнесла Стефани. — Если ты из-за меня оставишь Эву и Дирка, я ужасно разнервничаюсь и вообще раскисну. Не спорь, ну пожалуйста. — Она взглянула на него особенным взглядом, каким смотрела всегда, о чем-нибудь прося, в чем-то пытаясь убедить.

Сердце Мэтью растаяло, как мороженое под июньским солнцем.

— Хорошо, раз ты так просишь, переживаешь за меня, я останусь.

— Замечательно. — На губах Стефани мелькнула слабая улыбка.