Когда она подняла взгляд, в уголке левого глаза блеснула слеза.

— Снова повис вопрос о замужестве? — предположила я.

— Нет, со мной все в порядке, — сказала она. — Это касается тебя.

— Меня?! — удивленно воскликнула я. Не имея понятия, о чем пойдет речь, я почувствовала прилив необъяснимой паники, словно служащий в аэропорту спросил, свой ли я забрала багаж. — Что? Что стряслось?

— Позволь начать сначала, — попросила она после глубокого вдоха и поправила столовый прибор. — Уверена, ты давно уловила по моему настроению, что «Глосс» не пользуется сногсшибательным успехом. Сперва я винила отдел кадров, будто они не смогли подобрать мне нужных людей. А потом поняла, что проблема глубже. Когда я взялась за дело, то представляла «Глосс» веселым, пикантным и сладострастным, полным самых важных событий в жизни молодой замужней женщины. Я хотела, чтобы журнал заряжал энергией. И это прекрасно получалось до поры до времени.

Она замолчала и отпила вина. Я начала догадываться, куда зайдет разговор.

— Я проводила исследования — опросы в группах, по телефону. На это ушла куча сил и стараний, но не напрасно. Теперь у меня есть ответ на волнующий вопрос. Стало совершенно ясно, что мир меняется, женщины меняются и необходимо сменить направление нашего журнала.

— На какое именно? — поинтересовалась я.

Голос мой поднялся до писка, какой издает выключенный чайник, когда из него со свистом вырывается последний выплеск пара.

— Мне кажется, что отныне «Глосс» должен не заряжать, а ублажать.

— Ублажать? — переспросила я и чуть не захлебнулась. — Ты имеешь в виду нечто вроде ароматерапии и счастья от восхода солнца?

— Представь себе, да. Женщины постоянно находятся под гнетом и нуждаются в спасении от него. В нашем журнале должны быть очерки, которые помогают справиться со стрессом. Послушай, Бейли, мне самой это жутко не нравится. Ты достаточно хорошо меня знаешь. Я закипаю при одном упоминании о таких вещах, как фэн-шуй. Но я вынуждена сражаться за место под солнцем.