Входная дверь захлопнулась, и Скотт протопал по лестнице наверх. Когда Кейт вернулась в спальню, Скотт уже раздевался – он умел это делать красиво. Однако Кейт не почувствовала даже искорки желания, как если бы его сильное, мускулистое тело было мраморной статуей.

Скотт взглянул угрюмо.

– Ну что ты дуешься? Я думал, тебе весело с Алексом Далтоном.

– Скотт, я не поплыву с вами завтра на яхте.

– Как бы не так, черт возьми! Назревает большое дело, Кейт, и я не позволю тебе испоганить его.

– Это меня совершенно не касается.

Красивое лицо Скотта исказилось до уродства.

– Ты безмозглая сука! Ты еще не поняла, как заключаются сделки? Никогда ничего не делается по-честному. Ты мне нужна, и спорить нам не о чем.

– Я тебе не нужна. Ни сейчас, ни когда-либо прежде, – произнесла Кейт запальчиво.

Скотт с отвращением посмотрел на нее.

– Только не вздумай снова оплакивать себя. Сегодня мой желудок этого не переварит. Ты поедешь со мной – и все тут.

– Зачем это мне? Почему, черт возьми, я должна отправляться в эту поездку? На самом деле ты вовсе не хочешь, чтобы я была там.

Он уселся, чтобы снять носки, и злобно взглянул на нее через плечо.

– Речь не о том, хочу ли я, а о том, чего хочет он. Ты даже не заметила, что Далтон просто готов был сожрать тебя. – Скотт ядовито хмыкнул. – Должно быть, из-за твоих огненных волос, ведь все остальное у тебя холодно, как лед.

– Ты верен себе, Скотт. – Кейт смотрела на него с презрением. – Тебе все требуется втоптать в грязь. Алекс Далтон…

– Алекс Далтон явился сюда сегодня вечером лишь по одной причине, одной-единственной.

Скотт поднялся, лениво потянулся, затем вдруг повернувшись, упер в нее указательный палец:

– И этой причиной была ты.