Боясь отпугнуть ее, со смехом в голосе Рей произнес:
— Если бы я был крачкой, то сейчас тоже радостно попискивал бы. Спасибо, что рассказала мне об этом.
Кэтти взглянула на него; лицо ее было серьезно:
— Но нам не удалось вывести наших птенцов... Я... я думаю, тебе пора найти другую подругу.
— Я не хочу никого, кроме тебя.
— Я не гожусь тебе больше в жены,— с болью в голосе сказала она. — Я не стану заниматься с тобой любовью, Рей. Ничего не изменилось. Я не хочу другого ребенка.
— У нас нет причин опасаться, что мы потеряем второго ребенка, — убежденно сказал Рей.
— Не стоит об этом говорить.— Она вдруг вытянула руки и положила ему на плечи. Почувствовав, как он вздрогнул от удовольствия, которого не пытался скрыть, Кэтти опустила ресницы.— Пожалуйста, поверь мне, Рей, я, правда считаю, что тебе лучше уехать отсюда, забыть меня и найти другую.
Сердце Рея бешено колотилось.
— Ты меня больше не любишь?
— Я... я... нет.
— Посмотри мне в глаза и скажи, Кэтти,— требовательно произнес он, поднося ее руку к губам. Кончики пальцев похолодели.
Она попыталась отдернуть руку.
— Ты должен мне поверить!
— Ты забываешь, что я знаю тебя лучше, чем кто-либо, — настаивал Рей. — Ты честная и преданная. Пять лет назад ты сказала, что будешь любить меня вечно.
— Когда я выходила за тебя замуж, разве я могла предположить, что произойдет с нами? Смерть чужих детей обычно тебя не касается. Если бы пять лет назад ты сказал, что четыре года спустя я не смогу выносить даже твоих прикосновений, я бы подумала, что ты сошел с ума. Но я была молода, беззаботна и думала, что мир у моих ног. Разве я могла знать, что произойдет то, чему суждено было случиться?
— Ни ты, ни я не знали, что суждено нам. И это произошло, Кэтти. Но жизнь продолжается, и мы должны жить вместе. Иначе лучше умереть.