— Поставь, пожалуй, на семерку, — шепнул он, положив на протянутую ладонь рыжеволосой красотки монету в десять соверенов.

Лидия, жеманно хихикнув, привстала, сделала ставку, тут же уселась обратно к нему на колени и продолжила игриво покусывать его ухо.

Последний раз Рейф был здесь больше двух лет назад и, если бы не развлечения, которыми его соблазнили Хеннинг и Филдс, уже давно бы сбежал, чтобы присоединиться к действительно серьезной игре. «Гарем Иезавели» давно перестал быть местом встреч обеспеченных людей.

Френсис слегка склонил голову набок.

— Рейфел, я слышал, вы продали свой офицерский чин? Армия для вас слишком банальна?

— Собираешься отправиться в услужение к папе римскому? Или займешься пересчетом голов его паствы? — хохотнул Роберт. — А что! Ведь ты можешь стать священником! Отец Рейфел — звучит?

— Очень смешно, — прищурился Рейфел.

— Не слушай его, милый! — сердито сдвинула брови Лидия, испуганная перспективой безвозвратно потерять такого изящного поклонника.

Она ласково провела пальчиком вдоль длинного узкого шрама, что спускался по его щеке от левой скулы к подбородку. Рейф осторожно отклонился, ласково обхватил пальцами ее запястье и вернул руку молодой женщины на прежнее место, где та до этого рассеянно перебирала пуговицы его жилетки.

— Тебе нечего бояться, дорогая. Совершить такое в отношении себя у меня просто рука не поднимется.

— Но где же выход? — не унимался Роберт. — Его светлость не потерпит, если ты и дальше будешь праздно проводить время и губить свою жизнь в аду азартных игр. Возразить было нечего. Однако при всем при том возвращение Рейфела к гражданской жизни, после семи лет службы в гвардии доставило отцу искреннюю радость. Правда, Рейфел до сих пор не поставил родню в известность о своих планах. Едва заметно покачав головой, молодой человек обратился через стол к худощавому денди: