— Ага! Я так и думал! — проворчал сыщик. — Так, значит, какая-то женщина закричала?

— Я сказал «закричала»? — спросил Дик. — С той же долей правды я мог бы сказать: завыла, завыла, как хищный зверь в клетке перед кормлением… Она просто наполнила всю залу своим невероятным, отвратительным ревом, который раздражал нервы присутствующих. При этом она обеими руками махала в воздухе и старалась как можно скорее выбраться из залы.

— В зале, разумеется, произошла ужаснейшая суматоха?

— Какая суматоха! Просто ад! Дикий крик этой бабы действовал заразительно. Произошел невероятный переполох: с одной стороны, кричащая женщина, ищущая выход, с другой — толпа, которая не поддавалась и не отступала из страха потерять с трудом завоеванное место… Кругом визг женщин, грубая ругань мужчин, а над всем этим крики полисменов, которые беспрестанно взывали к порядку и, наконец, затесавшись в публику, старались водворить спокойствие… Да и пора было: кое-где начинали вступать в рукопашную, и ругань переходила в драку.

— Словом, настоящая свалка! — пробормотал Ник Картер насмешливо. — И все, конечно, по специальному заказу — да-да, ты прав, Дик, до смешного избитое средство… Но ведь можно то же самое сказать и о медицине: все новые чудодейственные снадобья никуда не годятся, и вылечиваешься все-таки каким-нибудь средством из аптеки прабабушек. — Он коротко рассмеялся. — Но дальше, Дик, испытанный рецепт произвел желанное действие… Все загляделись на драку… А об арестанте совершенно забыли?

— Вот именно! — ответил Дик. — Ведь ты знаешь наших любопытных американцев; стоит упасть на улице старой извозчичьей кляче, и моментально вокруг нее собирается толпа праздных зевак, делающих свои замечания.