Хозяин пожал плечами.

— Не много. Эта американка очень хорошо говорит по-французски, из высшего общества, я думаю. И она совершенно не торопится отсюда уезжать, поскольку сняла комнату на месяц.

— На месяц?

— Так она сказала.

— Она не объяснила зачем?

— Нет.

Когда умерла Мария-Луиза, репортеры приехали сюда в считанные часы под видом простых туристов, чтобы скрыть тот факт, что они вынюхивают здесь новую сенсацию. Меньше, чем через неделю, фотографии Антуана появились на первых страницах всех европейских газет. Таблоиды пестрели заголовками: «Загадочная гибель жены графа», «Убийство или суицид?», «Полиция допросила мужа погибшей».

И хотя вскоре публика пресытилась этой историей и переключилась на другие сенсации, Антуан жил как в кошмаре все то время, когда его личная жизнь была у всех на устах. С тех пор Антуан не доверял незнакомцам, которые предпочитали останавливаться в этой тиши вместо крупных городов с шикарными отелями. Сейчас приближалась третья годовщина со смерти его жены, поэтому Антуан был особенно подозрителен.

— Интересно, как она собирается проводить здесь время, — задумчиво пробормотал он.

— Может, она художник?

Как и еще сотни таких же бездарей, которые мнят себя новоявленными гениями в области живописи и думают, что природа Прованса вдохновит их на очередной шедевр. Но о профессии тех художников красноречиво говорила краска под ногтями. Эта же женщина была безукоризненна. Такая не позволит даже пылинки сесть на ее обувь.

Антуан не был частым посетителем бара в этой гостинице, но сегодня решил сделать исключение. Он не знал, в чем дело, но что-то было в этой женщине… ее осанка, поворот головы… Все казалось ему неуловимо знакомым, и это настораживало его. Где он видел ее раньше? Может, она репортер, которая вернулась для продолжения истории?