Сегодня же вид у нее был на редкость вызывающий. Ее короткие каштановые волосы, выстриженные клином, с челкой в три волоска, выглядели бы привлекательно, если бы не топорщились во все стороны. Он предположил, что эта его забытая знакомая, возможно, панк. Путем непростых мысленных вычислений Иван пришел к заключению, что она под метр восемьдесят. Его зрительная память, удивительная с рождения, тут же отметила, что она стройна и длиннонога, носит массивное серебро, высокие белые кроссовки, ярко-красные носки, закатанные ниже косточек, мятые шорты цвета хаки и оранжевый брезентовый балахон, в котором смело можно двигаться через самый густой туман, на который только способен штат Мэн. Вероятно, девушка пришла жаловаться на дом. В завершение сегодняшнего утра ему только этого сейчас и не хватало.

— Люси говорила, у вас какие-то проблемы с домом.

— Проблемы? — Стефани почувствовала что самообладание покидает ее. Не хотелось бы начинать с этого. — Через две недели после переезда центральное крыльцо уехало прямо из-под меня. Потом взорвался водонагреватель и затопил подвал. Ни одно окно не открывается, и дома жарче, чем в аду. — Она умолкла, увидев напротив лицо расплывающееся в улыбке. — Во взрыве котла есть что-то смешное?

Иван не считал, что во взрыве котла было что-то смешное, но не мог представить, как столько всего могло испортиться в его доме. Он ведь оставил его в отличном состоянии. Он любил Хабен. В нем жили несколько поколений его предков, и, видит бог, он никогда не продал бы его, если бы крайние обстоятельства не вынудили к тому. Вид Стефани, недовольный и даже немного разгневанный, не мог не вызвать улыбку.

— Вы очень привлекательны под всеми парами, — сказал он с довольным выражением лица и игриво потрепал ее чуб. — Скажите, почему у Вас волосы торчат? Это что, новый стиль?

Стефани провела по волосам рукой.

— Когда забился туалет на втором этаже, то залило весь пол и отвалилась штукатурка в кухне и нижней ванной комнате. Упавшая штукатурка оторвала зеркальную дверцу шкафчика для медикаментов, которая и разбилась о раковину. А так как это было единственное зеркало в доме, то причесываюсь я теперь перед тостером.