Иван, не отводя взгляда, смотрел на нее. Может, она чокнутая, и все это навыдумывала? Да нет, Люси как-то говорила ему о крыльце и водонагревателе, а ее волосы, действительно, были уложены перед тостером.

— Поверьте, мне очень, очень жаль, — твердо и убедительно произнес он. — Я, действительно, считал, что дом в прекрасном состоянии.

Стефани с трудом удержалась от ругательства, уже вертевшегося на языке. Выглядеть вульгарной — не ее стихия. К тому же это не поможет. Если она хочет исправить туалет, ей придется, к сожалению, провести неделю с этим ободранным Ромео.

— Именно состояние дома объясняет мое присутствие здесь. Я, сами понимаете, не могла предвидеть всех несчастий, которые на меня обрушились. Я намеревалась превратить дом в маленький отель с домашней кухней, но, похоже, до появления первого клиента я крепко сяду на мель. Поэтому, когда Люси явилась сегодня утром и сказала, что выходит замуж…

Иван болезненно поморщился.

— Люси, мой кок, выходит замуж? И, значит, ее опоздание как-то связано с этим?

— Угадали.

Наконец-то из кусочков мозаики складывалась целостная картина.

— С этим же связано и ваше появление здесь с рюкзаком за плечами.

— Опять угадали. Понимаете, Люси выходит замуж за слесаря…

Иван зарычал.

— Я уже это вижу, как наяву. Ты готовить хоть что-то умеешь?

— Конечно, умею.

— На двадцать шесть человек?

— Раз плюнуть. Покажи только, где микроволновая печь.

Улыбка вновь заиграла на его губах, а в глазах появились искорки. По крайней мере, Люси прислала человека с чувством юмора. Рюкзак скользнул с плеча Стефани, и он как истинный джентльмен поправил его.