Ему бы надо проявить здравый ум и выбросить её из головы.

Целых пять секунд Джек делал вид, что не думает о ней.

— А она оставила номер?

Глори перевернула листок розового блокнота.

— Ты хочешь, чтобы я соединила её с тобой?

— Нет, спасибо. Я сделаю это из своего кабинета. — Джек направился к внутренней двери, затем резко повернулся. — Она ничего не выспрашивала обо мне?

— Нет.

— Ты ей ничего не рассказывала?

— Дорогуша, она уже провела с тобой ночь! Что нового я могу рассказать ей о тебе? — И, хрипло засмеявшись, Глори отправила себе в рот несколько бобов.

Джек прикрыл за собой хлипкую дверь и задумчиво вздохнул. Что-нибудь интересное Глори могла рассказать Андреа Доанес. Что-нибудь такое, о чем не узнаешь под простынями. Но было бы оскорбительным для Глори, если бы он стал спрашивать её об этом, и они оба это понимали. Согласно его указаниям, она не вела ненужных разговоров ни по деловому, ни по личному телефону.

Сев в кресло и подтянув к себе телефон, Джек стал набирать номер Андреа. Успело прозвучать лишь два гудка.

— Это Джек.

— Слава Богу, что ты позвонил!

— Ну-ну, успокойся!

— Не могу!

В её голосе было нечто такое, что зацепило его сердце, подобно тому как крючок цепляет и уже не отпускает форель. У него даже появилось искушение проигнорировать тот факт, что она сбежала от него после проведённой вместе ночи.

— Джек, ты у себя?

С тяжёлым вздохом откинувшись в кресле, он спросил:

— В чем дело, Лефти?

— Тут все сразу навалилось.

Он свёл к переносице брови.

— Тебя обидели?

— Не физически. Я только что побывала в своём бывшем доме…

— Не очень умно.

— Мне нужно было кое-что взять.

— Ясно. — Джек потёр рукой подбородок, подумав, что не мешало бы побриться.

— Дела даже хуже, чем прежде, Джек.

— Послушай, совершенно ясно, что на тебя давит этот твой муж, но как и сколько он будет давить — зависит от тебя. Мой совет — действовать быстро, побыстрее оформлять развод…