Джек покинул бар, вернулся в номер и отправился в душ. Он стоял под горячей струёй, когда зазвонил телефон. Не смыв пену, он бросился в спальню. Аппарат находился на ночном столике, рядом с часами, которые показывали час тридцать пять. Джек схватил трубку, при этом споткнувшись о коврик.

— Да!

Женский голос на другом конце провода прозвучал полным контрастом его грубому «да»:

— Джек, у меня появилась мысль.

— Какая же?

После короткой паузы и колебания голос сказал:

— Говорят, если ты упал с велосипеда, то самое лучшее — отряхнуть с седла пыль и снова сесть на него.

Джек хмыкнул, узнав обладательницу мягкого голоса.

— Да, очаровательная Лефти, это так. Но не слишком поспешно.

— Мудрец. Кстати, я давно отгадала загадку.

— Что наверняка восстановило вам душевное равновесие, и вы должны сейчас спать сном младенца.

— Скажите это моему телу. Я не могу успокоиться и остыть, Джек, как ни старалась.

Вытирая полотенцем мокрые волосы, он переминался с ноги на ногу.

— Похоже, вы обвиняете меня.

Она издала какой-то хриплый стон.

— Разумеется, вас! Я хочу отправиться на прогулку, о которой вы говорили, Джек. И это должна быть прогулка, совершенно отличная от прежних, и совершенно новый велосипед.

Джек посмотрел на своё отражение в большом — во весь рост — зеркале на дверце шкафа и увидел нагого сурового великана, воина, который получил в баталиях множество шрамов — как телесных, так и душевных. В свои тридцать шесть лет он остерегался подобного рода случайных связей. Он уже давно научился отказывать слишком навязчивым девицам.