Мистер Робертс вошел в комнату, тем самым вынудив ее воздержаться от резкого ответа. Пришлось ограничиться презрительным выражением лица. В последние годы Джинджер часами упражнялась перед зеркалом и научилась владеть своим лицом.

Мистер Робертс поставил кейс на стол, решительно поправил на носу очки в роговой оправе и достал ручку из кармана белой, накрахмаленной до хруста рубашки.

– Итак, завещание вашего дедушки не содержит никаких сложностей, кроме одного пункта. Сейчас я зачитаю его, а потом отвечу на любые ваши вопросы. – Адвокат откашлялся и вынул бумаги из кейса.

Когда он начал читать, Джинджер удалось забыть о человеке, который сидел напротив и чье присутствие ее беспокоило. Она на секунду закрыла глаза, вслушиваясь в последние распоряжения дедушки и глубоко сожалея, что ее не было рядом в его предсмертные минуты, что она не успела сказать, как сильно его любит. Джинджер вздохнула с облегчением, услышав, что дед завещал ей всю свою недвижимость. «Островок спокойствия» теперь принадлежит ей. Ее дед знал, что она очень любит ферму. Это он научил ее относиться с уважением к плодородным полям, с почтением к постоянной смене времен года. С тех пор как Джинджер исполнилось пять лет, Том Тейлор каждый день брал внучку за руку и показывал ей какое-нибудь маленькое чудо на ферме. Это могла быть крошечная, воздушная паутинка, сплетенная на руле трактора, или вселяющее благоговейный трепет поле золотой озимой пшеницы, по которому, как по морю, бежали волны, поднятые весенним ветром. То были самые счастливые минуты для Джинджер, их ей больше всего не хватало после того, как явился Джадд и вытеснил ее с ее места рядом с дедом.

«Зато теперь ты – вчерашний день, приятель, – подумала она. – Первое, что я сделаю, став хозяйкой «Островка спокойствия», – отправлю тебя на все четыре стороны». Но, думая так, она все же не могла не отметить, что прошедшие годы ничуть не уменьшили его порочную привлекательность. Ее охватило раздражение, потом самодовольная улыбка появилась на губах – она представила себе, как он будет выглядеть, когда она уволит его. Но тут до нее дошел смысл последних слов, прочитанных мистером Робертсом, и улыбка сменилась выражением ужаса.