— Да, конечно. — Генриетта лежала, глядя на него и не пытаясь бороться с коварной слабостью, охватившей ее конечности, лишь наслаждаясь ощущением спокойствия во всем теле. — Полагаю, и вам тоже, сэр Дэниел.

— Значит, вы знаете мое имя.

— Я слышала, как его произносили. — Девушка слегка сдвинула брови. — Иногда я приходила в сознание.

Дэниел кивнул:

— Может быть, теперь вы будете более любезны и скажете, как вас зовут.

На лице девушки появилось знакомое выражение, и он знал, что услышит, еще до того, как она заговорила.

— Гэрри, — твердо сказала она, закрывая глаза.

Дэниел подумал о своих дальнейших действиях. Они весьма ограничены до тех пор, пока девушка не будет в состоянии продолжить путь, и у него не было особой необходимости знать ее имя.

— А сколько тебе лет, Гэрри?

Этот вопрос показался Генриетте немного обидным, и она подумала было солгать, однако, вспомнив о своем чудесном выздоровлении, решила смириться.

— Первого августа мне исполнилось пятнадцать.

— И что же пятнадцатилетняя девушка делала на поле битвы под Престоном? — спросил Дэниел с некоторым любопытством.

— Я хотела быть с Уиллом.

— Ах да. — Он нахмурился. — И поэтому ты последовала за ним?

Наступила короткая пауза, затем девушка проговорила:

— Мы должны были пожениться, но… но…

— Но ты столкнулась с противодействием родителей, — помог он ей. — И вы сбежали, когда началась эта битва?

Генриетта покачала головой:

— Уилл не убегал. Он пошел сражаться за короля, и я вместе с ним.

Дэниел не был убежден, что ею руководило чувство долга, и ему трудно было понять пятнадцатилетнюю влюбленную девушку.

— Твои родители, наверное, обезумели от беспокойства за тебя.

Ее лицо снова помрачнело.

— Их беспокоит только то, что они не могут заставить меня выйти замуж за сэра Реджинальда… — Она внезапно замолчала.