Джина предположила, что на нее посыплются проклятия. Она уже приготовилась, чтобы отразить его наскоки. Но когда этого не случилось, у нее от удивления приоткрылся рот.

Вообще, при чем здесь я? И почему это происходит сейчас? В иной ситуации подобные вопросы заставили бы ее снисходительно улыбнуться. Когда он поднял голову, она вздрогнула. В его глазах она не разглядела ни капельки сострадания.

— Перед тобой два выбора. Либо ты спокойно ляжешь на кровать, либо опять начнешь брыкаться, и в этом случае мне придется сделать тебе больно. При любом варианте результат будет одинаковым.

Джина в нерешительности прикусила губу. Увы, она не принадлежала к категории смельчаков. Отказ от повиновения дался ей нелегко. Относя себя к существам робким, тем не менее она отчетливо понимала, что если уступит его угрозам, то в дальнейшем не сможет спокойно жить.

Украдкой сжав трясущиеся руки, она отрицательно покачала головой.

Движения его были быстрыми и ловкими. Она поняла, что он поступит именно так, как сказал.

И ему интуиция подсказала, что она решится на сопротивление.

Неожиданно он прыгнул, довольно сильно ударив ее ребром ладони по спине, и придавил всей массой своего тела. Обтянутые джинсами ноги оказались между ее ног, лишив возможности свободно двигаться. Горячие, жесткие кисти его рук с железными пальцами сомкнулись на ее запястьях. Он с силой заломил ее руки за голову.

Она почувствовала холодное прикосновение металла к коже. Когда наручники сошлись вместе, она откинулась назад и тихо застонала. Раздалось клацанье металла, наручники были застегнуты. Он закрепил их за спинку кровати. Все, теперь конец.