Кошка мчалась по тюкам сена, собака преследовала ее по пятам.

Он видел, как Нора перепрыгнула через первый тюк, перелезла через второй и вытянулась, чтобы достать до третьего тюка. Тюки напоминали ступеньки, ведущие на чердак, словно лестница.

Калеб остановился и решил понаблюдать. Он предвидел, что может произойти, и оказался прав.

Дайси в две секунды вскарабкалась по лестнице, все еще не выпуская птицу из пасти.

Губер остановился внизу лестницы и лаял, пока кошка не пропала из виду. Отсюда пес никак не мог попасть на чердак. Он помахал хвостом и удалился, издавая радостное пыхтение. Свое дело он сделал – напугал кошку.

Нора все еще звала Дайси, взбираясь по лестнице, пока не добралась до верха и не упала на неупакованное сено. Он услышал, как она снова зовет кошку.

Калеб усмехнулся.

Он на всю жизнь запомнит сегодняшний день и Нору, бежавшую легко и свободно по его сараю, с развевающимися каштановыми волосами. Он никогда не забудет, как смотрел на нее сзади, когда она стала перепрыгивать и перескакивать через тюки сена, как взбиралась по лестнице на чердак. У него все внутри перевернулось, ноги подкашивались от удовольствия, которое он испытывал, наблюдая за любимой женщиной.

Она забыла о собственной застенчивости.

Она была сама собой, просто Норой. Как же он ее любил!..

Калеб присоединился к погоне.

За несколько секунд он взобрался по тюкам и лестнице на чердак. Секунду стоял, давая глазам возможность привыкнуть к тусклому освещению. Он слышал Нору, но не видел ее.

– Нора?

– Тсс... Я здесь.

Голос раздался справа. Он посмотрел в этом направлении и нашел ее.

Дайси зажалась спиной в угол, все еще сжимая птичку зубами. Нора распласталась там, пытаясь приманить кошку шевелящейся соломинкой. Уловка не удалась, Дайси смотрела на нее с подозрением.

Калеб медленно двигался вперед, пока не оказался рядом с Норой.

– Почему бы мне не двинуться налево, а вам направо? Тогда мы оба направимся к середине и будем надеяться, что один из нас схватит ее, если она прыгнет.