Джордж начал сердиться, и вряд ли можно было поставить это ему в вину. При чем тут он, если у нее что-то не в порядке с головой. Адам, будь он здесь, знал бы как с этим справиться. Он умеет вести себя в критических ситуациях.

— Конни, я ведь знаю, что вы меня слышите, — заявил наконец Джордж, в голосе которого звучало уже отчаяние. — Вы должны были получить письмо, — добавил свекор. — Я сегодня звонил в министерство, и они сказали, что сообщили вам.

Конни опять потрясла головой. Что они там все с ума посходили?!

— Джордж, это неправда, — решительно ответила она, стараясь, впрочем, скрыть свое раздражение. — Вы же видели фотографии автомобиля. Такого не пережил бы никто… — Голос ее прервался. — А теперь, если вы не возражаете, я хочу прекратить этот разговор.

— О, черт! — выругался Джордж. — Послушайте, дорогая, я понимаю, что вы в шоке, и очень жалею о том, что новость свалилась на вас так неожиданно. Но это истинная правда. Говард жив. Сейчас он в госпитале, в Умпале. Какая-то желудочная инфекция.

— Нет…

— Да. — Джордж вздохнул. — Вы ведь простите Агнес, не так ли? Она была в таком возбуждении, что не могла не поделиться с вами.

Конни чувствовала, что ей не хватает воздуха.

— Нет, — опять повторила она, не в силах произнести ничего больше.

Отец Говарда даже крякнул.

— Да, — терпеливо настаивал он. — Послушайте, мы к вам приедем. Не сегодня, конечно, а завтра, как можно раньше.

Конни не ответила. В голове у нее шумело и, хотя она знала, что в комнате светло, в глазах начало темнеть. Медленно соскользнув с подлокотника кресла, она упала на пол. Телефонная трубка выпала из ее рук, но Конни даже не заметила этого. Проваливаясь во тьму, она продолжала слышать голос отца Говарда, снова и снова повторяющий ее имя.

Глава вторая

Конни пришла в сознание. Кто-то громко стучал в ее дверь.