Парень повернулся на бок, поцеловал девушку в грудь и провел кончиками пальцев по ее животу. Она убрала его руку и отвернулась. Он взял ее за подбородок и повернул к себе:

— Не понял?!

— Отстань! И без тебя тошно!

— А только что, по-моему, тебе было очень хорошо.

— А сейчас тошно!

— А если повторить? Получшеет? — Он снова провел пальцами по ее животу.

— Я прошу тебя! — Ее голос сорвался на крик.

— Марианна, что за истерика?!

— Я умоляю тебя, не называй меня больше Марианной!

— Это еще почему?

— У меня есть свое собственное имя!… И этих…

— Этих чего? — быстро переспросил он.

— Этих выдумок мне больше не надо!

Он потянулся и достал с пола пачку сигарет.

— Вот оно как теперь называется! Выдумки! А не ты ли сама эти выдумки выдумала?

— Они мне разонравились!

— И как прикажешь теперь тебя называть?

— Как раньше называли!

— А я чего-то и не помню, как тебя раньше называли.

Она резко повернулась:

— Не прикидывайся! Все ты прекрасно помнишь!

Парень усмехнулся:

— Помню, помню. Конечно, помню. Могу ли я забыть, как звали в прошлой жизни мою любимую девушку?!

Она обняла его за шею:

— Ты меня правда любишь?

— Опять ты за свое? Люблю, люблю, успокойся…

Она притянула его к себе и прижала к груди.

— И я тебя… Но знаешь… Мне страшно! Очень страшно, понимаешь?

Он освободился из ее объятий.

— А чего бояться-то? Скоро нас все начнут бояться! Сильвестр сказал, что еще десяток трупов, и город будет дрожать от страха. Попрыгают козлики у нас!… Ты чего, Сильвестру не веришь?

— Не нужен мне никакой Сильвестр! Я тебя люблю! И мне страшно!… — Она прижалась к его груди и запричитала: — Давай уедем отсюда! Деньги пока есть… Пока все на «дурь» не перевели… Новую жизнь начнем, давай! Я читала, есть такие больницы, где лечат от наркоты. Еще же не поздно, еще и нас с тобой вылечат! Мы денег заплатим, много заплатим, мы можем даже все деньги врачам отдать, лишь бы вылечили… А сами потом заработаем. Ну давай же, соглашайся…