А теперь Тильда заболела. Едва ли мне удастся долго бродить по свету, прежде чем какой-нибудь мужчина не заберет у меня то немногое, что я имею. Леди Равенна согласилась присмотреть за Тильдой, если я сделаю для нее то, о чем она попросила. Я пошла на это, но я знаю, что, если вы оставите меня здесь, впоследствии она станет предлагать меня каждому мужчине, на которого пожелает оказать влияние. Я не могу жить такой жизнью, сэр, но я готова хранить верность кому-то одному, и, если вы возьмете меня, я буду вам верна. Я сделаю все, чтобы оправдать свое содержание. Полагаю, вы не жестокий человек, и быть на вашем содержании — не самая худшая судьба для меня.

Филипп тихо присвистнул. Он верил этой девушке. Последние годы гражданской войны разрушили многие судьбы, и перед лицом этой напасти сильные мира сего оказались столь же уязвимыми, как и бедняки. Только чудом эта девочка все еще оставалась невредима в разграбленной, кишащей разбойниками стране. Только чудо могло защитить ее, чудо или таинственная Тильда. Что же представляет собой эта Тильда? Хотелось бы взглянуть на нее, чтобы понять, какими такими достоинствами обладает покровительница Эльвины, если в обмен на ее благополучие девушка готова пожертвовать своим единственным сокровищем. Эльвина права: если он, Филипп, не возьмет ее сейчас, это сделает кто-то другой, и сделает скоро. Жаль бросать на произвол судьбы эту юную прелесть. Не пристало и отказываться от подарка. Но на решение Филиппа повлияли не практические соображения. Просто ему не давало покоя желание, разбуженное страстным и чудным в своей непосредственности откликом на его поцелуи. Чресла его горели, и ему страстно хотелось поближе познакомиться с пришедшей к нему прелестницей.

— Ты все хорошо говоришь, маленькая язычница, но я не столь уж уверен, что ты отдаешь себе отчет в том, какого рода сделку собираешься совершить.