Фернанда поприветствовала их кивком, в котором уважение к их благородному происхождению смешивалось с презрением к мужскому полу как таковому. Она царственно села и извлекла из недр сумки клубок и спицы.

- Пока никаких новостей, - мягко сказал ей Алехандро.

В этот момент дверь палаты открылась, и оттуда вышел доктор. Это был пожилой человек, который в течение долгих лет дружил с графом.

Угрюмое выражение его лица могло значить только одно, и сердца ожидающих сжались от горького предчувствия.

Доктор взглянул на их скорбные физиономии, неожиданно ухмыльнулся и произнес:

- Забирайте этого старого дурака, и чтобы глаза мои больше его здесь не видели!

- Как? А сердечный приступ? - спросил ошеломленный Алехандро.

- Сердечный приступ, ха! Как бы не так! У него банальнейшее несварение желудка. Фернандита, ты не должна была позволять ему есть так много жареных креветок!

Фернанда сердито нахмурилась.

- Будто он меня слушает!

- Нам можно его увидеть? - спросил Алехандро.

Громогласный рык из палаты заглушил ответ доктора. Молодые люди поспешили туда и столпились вокруг кровати, на которой сидел розовощекий старик с лицом, обрамленным белоснежными волосами. Он хитро взирал своими карими глазами на взволнованных родственников.

- Напугал я вас, а? - протянул он.

- Да, и настолько сильно, что Эстебан примчался сюда с Антигуа, а я проделал долгий путь из Каракаса, - заметил Диего. - И все потому, что кто-то слишком много ест!

- Не смей так разговаривать с главой семьи, - проревел Родриго. - И вини во всем Фернанду, а не меня. От ее стряпни невозможно оторваться!