– Успокойся, Софи, – произнес он, ласково обнимая маленькую сгорбленную женщину. – Ты по-прежнему моя единственная любовь.

– Малкольм, угомонись, – строго отозвалась Софи, но Джудит видела, что она осталась довольна тем, что Малкольм отнесся к ней так тепло. – Ну а ты кто? – спросила она, адресуя свой вопрос Джудит.

– Терпение, Софи, скоро все узнаешь.

Когда Джудит попыталась спешиться, Малкольм жестом велел ей оставаться в седле. Она подавила стон, готовый вырваться из груди. Если придется ехать дальше, она не выдержит – сил больше нет. Она и так уже почти срослась с лошадью. Путешествие верхом было, конечно, безопаснее, но несколько недель, проведенных в седле, еще долго будут сказываться на определенных частях тела, которые лучше не называть вслух.

Внезапно с шумом открылась бронзовая дверь, и по ступеням вниз спустился мужчина в белой рубашке. Он радостно обнял Малкольма, а потом отодвинул от себя, внимательно рассматривая, цел ли тот.

– Отличная работа, Малкольм! Я видел их сверху. Прекрасные овцы! – Он перехватил взгляд Малкольма и посмотрел в ту же сторону.

Сумерки почти сменились тьмой, и только по движению белой рубашки Джудит догадалась, что незнакомец повернулся к ней. Она вдруг смешалась. Малкольм быстро встал между ними. Одной рукой он схватил за рукав подошедшего, а другой зажал подол платья Джудит. К несчастью, она или слишком увлеклась разглядыванием белых зубов, сверкавших в темноте, или просто измучилась за длинную дорогу, чтобы встревожиться. Однако прозвучавшие в темноте слова Малкольма сразу заставили ее позабыть об усталости.

– Джудит, встречай лорда Тайнана, Алисдера Маклеода, твоего мужа. А ты, – торопливо добавил он, прежде чем кто-либо из двоих успел промолвить хоть слово, – Алисдер, встречай свою жену Джудит.

– Жену? – изумился Алисдер.

– Мужа? – Джудит сжала поводья с такой силой, что рукам стало больно.

– Ты слышала, Софи? – спокойно обратился Малкольм к старухе.