Гейб рассматривал Терезу Дрисколл в зеркало заднего вида своего мотоцикла. Довольно непредсказуемая женщина. Красавица с темно-каштановыми локонами, мягко спадающими на плечи, живыми голубыми глазами и уверенной улыбкой. Аромат ее духов чуть не свел его с ума, пока они сидели за столиком кафе.

И если бы страницы каталога могли говорить, то не умолчали бы о таланте этой женщины. Двадцать душ – в одном сердце. Прелестно иллюстрированные рождественские открытки соединили в себе различные тенденции – от мягкого натурализма картин леса Беатрис Поттер до странных импрессионистических творений Мери Кассет.

Если женщина вкладывает столько старания и терпения в нечто столь маленькое, как поздравительная открытка, значит, она будет обращаться с наследством Бланки с не меньшей скрупулезностью. Наверняка появление Тесс в городе окрылит надеждой городских художников, не знающих, как применить свой талант. Правда, многие имеют достойную работу, но самые неудачливые вынуждены подрабатывать в местных отелях, ресторанчиках и барах.

Стало быть, Бланка поступила не так уж плохо. Гейб поймал себя на мысли, что думает не о последнем удачном пополнении своего банковского счета, а о голубоглазом «вкладе», доставшемся ему благодаря затеянному тетушкой состязанию.

Если бы Бланка Моралес могла взглянуть с небес на дорогу, она увидела бы, что сердце ее единственного племянника пылает жаром, сравнимым только с соусом чили, приготовленным к праздничному столу в честь Дня независимости. «Жизнь – прекрасная штука», – подумал Гейб.

Завернув в переулок, ведущий к Каса, он остановился и выключил зажигание. Колеса взвизгнули от резкого торможения. Мышцы Гейба напряглись – не хватало еще дорожного происшествия! Нет, бампер замер всего в двух дюймах от заднего колеса его мотоцикла. Что это с ней? Возможно, растерялась при виде возбужденной толпы человек в сто, собравшейся приветствовать новую владелицу дома. Там, где кончалась улица и синел океан, выстроилась пожарная команда и играл марш военный оркестр.