Ричард был образован, умен и обходителен: легкой шуткой, ловкой фразой он умел развеселить любое общество, придумать новое развлечение для двора и вместе с тем обвести вокруг пальца, сделать посмешищем любого, кто пришелся ему не по вкусу. Странным образом именно этот веселый, незлобивый юноша брался за самые щекотливые поручения короля: спускался в подвалы тюрем, присутствовал при пытках, вырывая у несчастных жертв признания. Словно два разных человека жили в несовершенном теле брата короля: один – забавник и весельчак, другой – мрачный угрюмец, испытывающий наслаждение при виде пыток и казней. Тем не менее Эдуард доверял Ричарду куда больше, чем Кларенсу. Уорвик же откровенно ненавидел младшего Йорка.

А тем временем изгнанный король Генрих, вдохновляемый своей неукротимой супругой, предпринимает энергичные попытки вернуть себе корону: восстанавливает потрепанные силы Алой Розы, набирает сторонников среди шотландцев. Но – увы! – ему пришлось схлестнуться с самим Делателем Королей. Одно поражение следует за другим, в конце концов Генрих попадает в плен и на долгие годы становится узником Тауэра.

Казалось, партии Алой Розы пришла пора смириться. Генрих Ланкастер томился в неволе, но на свободе все еще оставались Маргарита Анжуйская и ее сын, малолетний Эдуард Уэльский. Не надеясь более на поддержку шотландцев, которые начали вести переговоры с Эдуардом IV, она ищет помощи на континенте. Вместе с сыном она отправляется во Францию, в Шинон, где в ту пору находился Людовик Валуа.

Людовик XI Французский был необыкновенным королем. В отличие от своих предшественников он опирался не на знать и духовенство, а на низшие сословия. Этот монарх яростно ненавидел феодальные вольности и стремился к единовластному управлению своей раздробленной страной. Лукавый и жестокий по натуре, Людовик, однако, свято веровал в свою миссию объединителя земель и не гнушался в борьбе с противниками никакими средствами. Его прозвали Лисом, и он словно стремился оправдать это прозвище. «Кто не умеет притворяться, тот не умеет царствовать!» – было его любимой поговоркой.