– Макс, ведь это случилось десять лет назад, – произнесла Ирэн мягким тоном. – Когда же ты наконец освободишься от своей горечи? Как можно снова доверять тебе, если ты отгородился от людей, даже от своей семьи?
– Снова доверять? – Он язвительно улыбнулся. – А зачем?
– Твоя жизнь не будет такой одинокой, – с тоской сказала она.
Макс засмеялся.
– А я не одинок.
Действительно, все его потребности удовлетворены. У него – работа, которая целиком занимает его и умственно, и физически, а также любовница – красивая квартеронка, ублажающая его. Он имеет двоих взрослых сыновей для продолжения рода, значительную собственность и деньги. Много денег, значительно больше, чем кто-либо в Новом Орлеане.
После смерти Виктора он умножил состояние Волеранов, купив землю по другую сторону города, включавшую значительную полосу леса сразу за озером Понтчартрейн. А недавно вложил деньги в лесопилку и в небольшое дело по экспорту древесины кедра, клена и кипариса, очень нужной в Вест-Индии.
В последнее время Макс предпринял шаги, чтобы добиться такого же влияния в политике, как и в финансовой сфере. Он сумел обеспечить двум своим друзьям место в законодательном совете, который основал недавно избранный губернатор Нового Орлеана Уильям Клейборн. Имея поддержку среди креольского населения города, а также вновь прибывших американцев, Макс знал, что в его положении он может достичь всего, чего желал.
– Лучше бы вы побеспокоились о других своих сыновьях, – сказал он матери. – Они нуждаются в ваших советах больше, чем я.
– Макс, ты даже не представляешь, как ты изменился.
– Если и изменился, то к лучшему.
– К лучшему? – с тревогой повторила Ирэн. – Разве хорошо насмехаться над теми, кто заботится о тебе, и относиться ко всем с явным презрением?