Сердце девушки тревожно забилось. Когда мужчина встал, она зачарованно, с ужасом смотрела на него.
Это был стройный гигант с широченными, как церковные двери, плечами. Одежда его, простая, но превосходно сшитая, являлась воплощением элегантности. Лизетта съежилась и прижалась к Филиппу, когда мужчина приблизился к ней. Она вздрогнула, когда его теплая рука взяла ее за подбородок, приподняв его кверху. Девушка почувствовала шершавые подушечки его пальцев, когда он поворачивал ее лицо то вправо, то влево. Что это за джентльмен, если руки его покрыты мозолями?
– Кто ты? – спросил он.
Жюстин взволнованно ответил за нее:
– Она не хочет разговаривать с нами, отец!
Лизетта не могла выдержать его пронизывающий взгляд, но также не могла закрыть глаза.
– Зачем тебе понадобилось воровать пирогу? – задал он следующий вопрос.
– Я… я должна была сделать это.
– Как тебя зовут? – Она снова не ответила, и его пальцы приподняли ее подбородок еще чуть выше. – Из какой ты семьи?
– Пожалуйста… Я не могу сказать.
– Ты потерялась?
– Н…нет, нет, – ответила Лизетта, чувствуя, что он вытягивает из нее ответы помимо ее воли.
– Тогда, может быть, ты убежала от кого-то?
– Да, – прошептала она.
– От кого же?
– От такого же, как вы, месье. – По ее мнению, между ним и Этьеном Сажессом было много схожего. Макс слегка улыбнулся.
– Сомневаюсь. Ты знаешь, кто я?
– Нет, – едва слышно произнесла она.
– Я Максимилиан Волеран. Ты что-нибудь слышала обо мне?
– Нет.
– Значит, ты не из Нового Орлеана?
Лизетта облизала языком пересохшие губы и снова пробормотала невнятное «нет». Макс перевел свой взгляд на ее рот. Лизетта едва сдерживалась, чтобы не закричать и не броситься бежать, зная, что это бесполезно.
– Сколько тебе лет? – спросил Макс.
– Восемнадцать, месье.
Он с оскорбительной наглостью бросил взгляд на ее плоскую грудь.
– Лжешь.
Лизетта покачала головой.