— Но у тебя ведь не было выбора… так же, как и у моей матери.

Что правда, то правда. Никак не поставишь в известность человека о том, что у него родился ребенок, если даже имени его не знаешь.

— Вот кого я на самом деле не понимаю, — тем временем продолжал Филмп, — так это женщин, которые становятся матерями-одиночками по собственному желанию, а не по воле обстоятельств. Пойми, я вовсе не утверждаю, что ты чего-то недодаешь дочери. Я и сам в детстве отнюдь не считал, будто мне чего-то не хватает. Мама окружила меня такой заботой, что я просто не понимал, для чего нужны традиционные семьи. Поэтому появление Джорджа поначалу воспринял в штыки. Но он очень изменил мою жизнь — я смог снова стать ребенком. Дети из неполных семей слишком уж быстро взрослеют…

— Приехали!

Ноэль едва не подпрыгнула на сиденье от облегчения.

— Ты всегда так ликуешь, приезжая на работу? — сухо осведомился ее собеседник, тормозя перед серым кирпичным зданием.

— Не люблю опаздывать — это непрофессионально, — холодно ответила Ноэль, безуспешно пытаясь открыть дверцу.

— Подожди, я сам.

Филип проворно выскочил из машины, обошел ее и с учтивым полупоклоном распахнул дверцу.

— Приятно было поговорить, — столь же любезно заверил он, когда Ноэль пулей вылетела из машины.

— В самом деле? А с моей точки зрения — напрасная трата времени! — Хотя вернее было бы сказать «ночной кошмар».

— Ну это легко исправить.

Дрожь предчувствия помогла ей догадаться о его намерениях, прежде чем рассудком Ноэль поняла, в чем дело.

Второй поцелуй доказал, что забыть первый ей так и не удалось. Губы Филипа были столь же искусны и чувственны, а язык — столь же настойчив, как запомнилось Ноэль. Слабый стон молодой женщины потонул в жаре этого поцелуя.