– Все нормально, – сухо ответила Фрэнсис.

– А почему ты дома?

– Устала. Хочу отдохнуть, – честно ответила Фрэнсис.

Правда, спроси Камилла, от чего устала дочь, Фрэнсис вряд ли смогла бы ответить. Возможно, Фрэнсис сама бы удивилась, осознав, что больше всего ее выматывает ничегонеделание. Чем больше свободного времени у нее было, тем ленивее и пассивнее она становилась. Или во всем виновата осенняя хандра?

– Милая, ты слишком много работаешь. Тебе нужно отдохнуть. Почему бы тебе не выбраться к нам хотя бы на недельку? Джозеф и я были бы счастливы, если бы ты у нас погостила.

– Мам, ты ведь знаешь...

– Только не вздумай вешать мне лапшу на уши и рассказывать о своих гастролях, съемках, концертах и прочем, – сурово перебила ее Камилла.

Фрэнсис обомлела. Трубка задрожала в похолодевших пальцах.

– Мне звонил Микки.

– И... что он сказал?

– Правду. В отличие от тебя. Вот уж не думала, что меня будет обманывать родная дочь! Почему ты не сказала, что ушла из «Санни доллс»?

– Не хотела, чтобы ты волновалась за меня.

– Я и так за тебя постоянно беспокоюсь. Думаешь, легко жить по другую сторону океана от родной дочери?

– Мам, все в порядке, – нетвердо сказала Фрэнсис.

– По твоему голосу не скажешь. Чем ты сейчас занимаешься?

– Пью горячий шоколад.

Фрэнсис повернула в руках кружку и едва заметно улыбнулась, прочитав на ней надпись «Не перегружайся». Эту кружку подарила ей Вэлери после самого первого выступления. Она обожала делать друзьям и знакомым маленькие, забавные подарки. Именно такие, как эта кружка или брелок с забавной рожицей, у которой то и дело вылезают на лоб глаза. Милые вещички всегда напоминали о человеке, подарившем их. Сердце Фрэнсис болезненно сжалось при воспоминании о подруге.