— Продолжайте.

— Просто я прекрасно обхожусь без всех связанных с ним традиционных представлений.

Он задумчиво потрогал пальцем миниатюрный нимб над головой Лекси, тоже сделанный из засушенных цветов. Новый яростный порыв ветра ударил в окно, как бы протестуя против такой оценки самого главного праздника. Мэган зябко поежилась. Сделав усилие, она заставила себя признаться:

— Просто… дело в том, что у меня никогда не было настоящего Рождества.

Кайл изумленно вскинул брови.

— То есть как это?

— Мои родители… — она испытывала внутреннюю борьбу, боясь совершить предательство по отношению к близким людям, наконец остановилась на полуправде, — всегда были слишком заняты… целиком поглощены собственной жизнью. Конечно, у меня были няни, но им хотелось проводить праздник с собственными семьями.

— Что же у вас за родители?

— Богатые… — Мэган встретила его недоумевающий взгляд. Почему этот человек оказался здесь, на ее старой кухне — с поблекшими виниловыми обоями, устаревшими мебелью и плитой, с выцветшими занавесками? — Я не беру у них денег. Они присылают мне чек каждый год. — Она переждала пару ударов сердца. — На… для… к…

— К Рождеству, — подсказал Кайл. На этот раз, не удержавшись, содрогнулся он.

Она пожала плечами.

— Я отсылаю этот чек в детский приют.

— И вы не проводите праздник все вместе? — не веря своим ушам, спросил он.

— До курорта Эспен отсюда путь неблизкий.

— Стало быть, они живут в этом же штате?

Мэган отрицательно покачала головой.

— У них дома во Франции и во Флориде. А в Колорадо они прилетают каждый год только на две недели. Здесь шикарный горнолыжный отдых. А увеселительные приемы еще шикарнее.

— И они совсем не заезжают к вам?

— Почему? Заезжали… один раз.

Произнесенное Кайлом слово было крепким и весьма выразительным. Мэган поморщилась.