Нет, я не знаю, ни где он работает, ни даже где живет, но думаю, что в Лондоне. Предполагаю, что он довольно молод, не старше тридцати пяти. Да, я понимаю, что прошу тебя найти иголку в стоге сена, но если кто и сможет с этим справиться, то только ты. Большое спасибо, Билли. – Помедлив, она добавила: – И я бы предпочла, чтобы ты не упоминал о моей просьбе при Грэхеме.

Грэхем Аллен был ее боссом и одновременно, в течение вот уже года, официальным приятелем. Но сейчас шла речь о секретах Розалинды, и Эвелин не собиралась посвящать в них даже такого близкого человека, как Грэхем.

Разобравшись с самыми неотложными делами, скопившимися на ее столе, Эвелин сунула остальные бумаги в папку, решив поработать с ними дома. Одно из самых больших преимуществ ее работы заключалось в том, что немалую толику дел можно было проворачивать по телефону. Потушив в кабинете свет, она заглянула к секретарше фирмы.

– Я буду работать дома. Сообщи Грэхему, когда он появится, ладно, Мэган? Да, и передай, что мне очень жаль, но в силу непредвиденных обстоятельств я не смогу вечером с ним встретиться.

– Хорошо, мисс Брокуэй.

Покинув офис, Эвелин заглянула в цветочный магазин, где купила для Розалинды два огромных букета и коробку швейцарского шоколада в соседней кондитерской – пусть девочка порадуется. Такси быстро доставило ее домой.

Эвелин очень гордилась своей большой и просторной квартирой. Конечно, стоила она немало, но Эвелин неплохо зарабатывала и могла себе позволить такую роскошь. Она быстро застелила кровать в соседней комнате, пустив в ход самый лучший комплект белья, после чего, разделив один из букетов, расставила его по вазам, так что вся комната оказалась в цветах. Перекусив на скорую руку, Эвелин снова поехала в больницу, не забыв прихватить второй букет.

Встреча прошла на этот раз веселее, потому что Розалинда успела отдохнуть, и Эвелин несколько раз смогла заставить ее улыбнуться. Но сестренка все еще была слишком слаба.