— Еще.

— Извините, мадам. — Он покачал головой.

— Если у вас нет белого, налейте красного. — Лаура улыбнулась, давая понять, что она не из тех, кто устраивает скандалы по мелочам. Однако бармен не улыбнулся.

— Мне действительно, очень жаль, мадам, но я полагаю, что с вас хватит.

Лаура прищурилась и подалась вперед, при этом ее повело в сторону. Впрочем, что с того? Лето, жара… не каждый выдержит.

— Что вы хотите этим сказать? Это бар или нет? Вы бармен. Ваше дело наливать людям то, что у вас просят, и не быть занудой.

— Буду счастлив предложить вам кофе. Он говорил тихо, но все вокруг замолчали, и его слова были отчетливо слышны. Лаура покраснела.

— Вы хотите сказать, что я пьяна?

— Нет, но…

— Тогда налейте мне выпить.

— Мадам, — бармен наклонился к ней, — как насчет кофе?

— Вы знаете, кто я? — Лаура сама поразилась, услышав свой голос. Она даже удивленно моргнула, но ее язык, похоже, уже жил собственной жизнью. — Вы знаете…

— Он знает. И если вы не закроете свой очаровательный ротик, этот будут знать все. Голос раздался у нее прямо, за спиной.

Низкий, с легким акцентом, мужской. «Мачо», подумала Лаура и обернулась.

— Вы, наверное, решили, что у вас появился шанс… — сказала она, но не довела мысль до конца.

Мужчина был другой. Этот еще не попадался ей на глаза. Может, она немного и перебрала — к черту, конечно, перебрала, — но такого бы запомнила.

Высокий, широкоплечий, намного крупнее того парня, которого пыталась подсунуть ей Патриция. Темные волосы цвета полуночи, хмурые глаза — как грозовые облака, лицо, которое было бы красивым, если бы его не портила тяжелая квадратная челюсть, и рот, чувственный и одновременно жесткий.

У нее перехватило дыхание. Будь она трезвой, она бы не призналась в этом даже самой себе. Но она не была трезвой. Да, о таком можно только мечтать. Возможно, она о таком и мечтала. Настоящий мужчина. Но то, что она делает или говорит, его совершенно не касается.