— Buenos dias!

Какая-то парочка спускается по лестнице. Мэтью выпрямился. Интересный парень в форме морского капитана, ловко сидящей на нем, склонив голову, слушает, что говорит ему идущая рядом женщина. Красивая женщина. Молодая, блестящие каштановые волосы; даже в свободном свитере видно, что фигурка у нее стройная, изящная. Оживленно разговаривает со своим спутником. Его не видит. Даже не смотрит в его сторону.

Он отошел назад, наблюдая за ними. Спустившись, они остановились, улыбаются, глядя друг на друга. Потом мужчина, взяв ее руку, поднес к губам и поцеловал с откровенным удовольствием. Женщина сказала что-то еще, и он засмеялся. Затем они обнялись как старые знакомые. Мужчина, отметил Мэтью, не торопился выпустить ее из своих рук. Наконец отпустил и, махнув на прощание рукой, пошел по коридору в глубь здания. Секунду женщина смотрела ему вслед, сохраняя на лице улыбку.

Стало быть, у этой Оливии Шелл есть любовник, потому что Мэтью был абсолютно уверен, что видит Оливию Шелл. А может, этот капитан ее муж. Логичный выбор для оператора службы береговой охраны. Логики не было только в его, Мэтью, реакции. Например, когда капитан целовал ей руку, Мэтью вдруг кольнула ревность, словно она его собственность. Какой логикой можно объяснить, что он не в силах забыть ее голос, услышанный по рации в ту ночь? Спокойный голос красивого тембра, чистый и звонкий как колокольчик. Два дня после спасения он провалялся в больнице Св. Лаврентия, а на третий уже занимался делами в гостиничном номере, одним из которых был телефонный звонок на станцию береговой охраны с целью узнать имя оператора, принявшего его сигнал бедствия. Других вопросов он не задавал. Из гордости? Или потому, что злился на себя, не понимая, почему эта незнакомая женщина приобрела для него такое значение. Женщина, которой он частично обязан своим спасением. Сама мысль, что он обязан женщине, выводила его из себя.