— Брось, ма Шери, ты даже в пятьдесят будешь выглядеть как кинозвезда.

— Дожить бы, — вздохнула Шерилин и, скинув туфли, забралась с ногами в кресло. Платье цвета молодой травы задралось, обнажив красивые колени.

— Снова твой вечный пессимизм, — покачал головой Дэн, не обращая внимания ни на задравшееся платье Шери, ни на ее коленки. — Открывай шампанское, Боб, будем праздновать очередную победу.

— Победу? — хмыкнула Шери. — Я бы назвала это удачным завершением удачной аферы.

— Даже если «Маргариту» для Шери приготовит самый лучший бармен на свете, она обязательно скажет, что соли на краях стакана слишком мало или слишком много, — не без ехидства покосился на жену Дэн.

Боб Спейси посмотрел на мужа и жену с нескрываемым огорчением. В последнее время эти двое постоянно цеплялись друг к другу.

Ох, не к добру это, не к добру, подумал Боб, а вслух сказал:

— Надеюсь, к шампанскому она не придерется. Выбирал самое лучшее и даже обратился к консультанту. Давайте-ка обмоем нашу победу или аферу. Как это ни назови, а набитый кошелек семейства Хейзи мы неплохо потрясли.

Шерилин мурлыкнула о том, что к шампанскому не хватает устриц, но разве кого-нибудь это интересовало?

Боб встряхнул бутылку, обтянутую тонким бархатистым материалом, похожим на кожицу персика, и, опередив возмущенные протесты Шерилин и недовольство Дэна, произнес:

— Нет уж, друзья мои! Я хочу утопить в шампанском этот дешевый гостиничный номер!

Пробка врезалась в потолок и, отскочив от него, выстрелила прямо по растению, которое Боб в шутку прозвал краснокожим дьяволом за мясистые красные листья, растущие из темно-зеленого стебля. Горшок с цветком перевернулся, земля посыпалась на линялый ковер, который во времена Авраама Линкольна, пожалуй, можно было назвать бордовым.

— Да и черт с ним! — махнул рукой Боб. — Этот краснокожий дьявол бесил меня целый месяц.