— Любовь действительно жестока, но в то же время и прекрасна. Когда ты сама станешь ее жертвой, то переживешь и высоты, и мучительные падения. Любовь не спрашивает, можно ли ей прийти и навсегда остаться в нашем сердце. Когда мы меньше всего ее ждем, она появляется в полном расцвете и полностью изменяет нас.

К счастью, он не мог видеть слез у нее на глазах.

— Ты тоже изменился?

— Да, — последовал ответ.

— Я... я хочу помочь тебе, Персей. — Ее голос оборвался.

— Тогда оставайся рядом со мной. Не отходи ни на шаг. Самое главное — всегда будь собой независимо от обстоятельств. Будь женщиной, которая в справедливом негодовании назвала меня мистером Кофолопогосом и заявила, что мне ее не запугать.

Сэм в смущении опустила голову.

— Не могу поверить, что я могла такое сказать...

— Идем. Спустимся вниз. Выпьем по чашечке кофе и отведаем здешний negraki.

— Negraki? — с удивлением переспросила Саманта.

— Это вкуснейший торт с ромом и изюмом, политый жирным шоколадным соусом.

Она улыбнулась ему, глядя снизу вверх.

— Сладкоежка!

— С чего ты взяла?

— Потому что во время каждой трапезы ты ешь десерт, а в чае, который ты мне приготовил, стоймя ложка стояла от сахара.

Его громкий смех привлек внимание публики. Не обращая внимания на любопытных зевак, они направились на нижнюю палубу.

Как настоящие влюбленные.

Каковыми, впрочем, они не являлись, просто разыгрывали фарс, подумала Сэм. Что, если она его подведет?

Персей исполнил три желания с потрясающим великодушием, и теперь страх, что она может разочаровать его, постоянно преследовал Саманту.

Выбрав столик у окна, Персей подозвал официанта. Перед отъездом из Афин они плотно перекусили, но когда им подали шоколадный торт, пропитанный ромом, у Сэм потекли слюнки.