Сэм вопросительно смотрел на своего хозяина.

– Я… боюсь что-либо говорить, настолько мое предположение кажется ошеломляющим, – с трудом выговаривал Блейк каждое слово. – Немедленно позвони, слышишь, немедленно…

Последующие два дня Блейк почти не выходил из кабинета. Даже верному Сэму было запрещено беспокоить его лишний раз. Старый слуга терялся в догадках и очень тревожился за здоровье своего хозяина. За двое суток Блейк почти не притрагивался к еде, делая исключение только для чая и бутербродов. Он все время стоял у окна, прислушиваясь к каждому шороху с улицы. – Что имя! Теперь мне придется поменять всю жизнь…

На третий день Райф возвратился из Алабамы с потрясающим известием.

Когда Сэм, вызванный хозяином, вбежал в кабинет, лицо Блейка сияло.

– Сэм, дружище, это невероятно! Молодой человек, так похожий на Эвана, он… он… Да где же он?!

– У себя в комнате, мистер Блейк, – ответил Сэм, ничего не понимая.

– Скорее пойдем к нему!

Дэниелс буквально ураганом ворвался к спящему Джуту.

– Сын мой! – прямо с порога радостно закричал Блейк. – Сын мой…

Он подскочил к Джуту, который от крика проснулся и присел на кровати. Блейк буквально подмял его под себя. Из его глаз выкатывались крупные блестящие горошинки и скользили по щекам, оставляя мокрые следы.

Кажется, у старика поехала крыша, решил Джут.

Все тело Блейка сотрясалось от рыданий.

– Вы задушите меня, – проговорил Джут, стараясь вырваться из цепких объятий. – Что еще стряслось с вами? В этом доме можно сойти с ума…

– Сын мой, – уже шепотом произнес Дэниелс, словно боялся теперь кого-то спугнуть. – Сын мой. Ты действительно мой сын. Эван – твой родной брат! Есть все документы, подтверждающие это.

– Вы это серьезно?

– Кто же такими вещами шутит? Вот, вот эти документы. Смотри.